Матиас Краневиттер: «Жаль, что Аргентина будет жить не в Петербурге — у „Зенита“ потрясающая база»

Полузащитник сине-бело-голубых рассказал в интервью «Спорт-Экспрессу» о жизни в интернате «Ривер Плейта», предсезонных сборах и главной особенности чемпионата России.
Матиас Краневиттер: «Жаль, что Аргентина будет жить не в Петербурге — у „Зенита“ потрясающая база»
Об интернате «Ривер Плейта»

— Конкуренция была невероятная — до ста человек на одно место, но драк почти не было, мы жили дружно, и у меня остались самые теплые воспоминания о том времени. Я прожил в интернате 5 лет, завел много друзей — таких, которые остаются на всю жизнь. Мы были там вдали от наших семей и объединялись, чтобы меньше тосковать по дому. Помню, как в 19 лет — я тогда уже начал играть за «Ривер» в первом дивизионе и больше не жил в интернате, — часто навещал их там и как-то раз зашел в кондитерскую, чтобы купить им булочек к чаю, они сами себе редко такое позволяли. Набрал пару дюжин круассанов, и меня увидел знакомый: «Эй, что ты собрался со всем этим делать? Ты ведь в воскресенье даже бегать не сможешь, если съешь это!» Я ответил: «Это для парней из интерната, я иду к ним в гости, мы будем пить мате, вот я и решил захватить им какой-нибудь еды». Они относились ко мне как к старшему брату, и эта ситуация была мне очень знакома по собственной семье.

О самом памятном шраме

— Да, есть у меня один такой. Вот здесь (показывает на область под шеей). Я играл в футбол рядом с домом со старшими ребятами, мне было лет 9, а всем остальным — по 17–18. Там был забор, из которого торчал кусок толстой медной проволоки, и когда я бежал мимо, то напоролся на него. Крови было немного, поэтому я сначала даже не заметил, что что-то произошло, и уже дома обратил внимание на дырку под шеей. Шрам напоминает о детстве в Тукумане, непростом, но любимом.

О тренировках на костылях

— Вы не подумайте, я ведь не с мячом по полю бегал одноногий! Мне не повезло получить травму, пожалуй, в самый лучший период карьеры в «Ривере» — в 21–22 года, перелом плюсневой кости в правой стопе. Я вылетел на три-четыре месяца, а на носу 1/8 финала Копа Судамерикана. Когда я травмировался, до матчей оставалось примерно 70 дней, при этом первые 20 я вообще не мог ничего делать, даже на ногу наступать. И меня отправили из Буэнос-Айреса в Тукуман, к семье, чтобы я провел это время дома. А я понимал, что мне нужно очень постараться, чтобы успеть восстановиться — реабилитация должна была быть интенсивной, с опережением графика, и уже через неделю я вернулся обратно в столицу, потому что дома на стены лез от скуки и тоски.

Доктор в клубе выдал мне костыли, и я каждый день хромал от тренажерного зала до беговой дорожки вокруг поля, где наматывал круги, и потом шел обратно в зал. Потом, когда я смог понемногу нагружать правую ногу, ходил только с одним костылем. Мало-помалу боль ушла, я начал тренировки, сначала один, потом в общей группе. Так что уже через 60 с чем-то дней после перелома я занимался на полную. В итоге смог выйти в обоих матчах на замену, отыграл по 20 минут в каждом. Это было что-то невероятное.

О сборах с Манчини и Симеоне

— Они очень похожи. Самые сложные предсезонки в Аргентине, вот где ты изматываешься полностью. Целыми днями мы там только бегали, сами сборы длились дольше — свыше 20 дней, каждая тренировка была на износ. Очень тяжело.

О взаимоотношениях с зенитовцами 

— [Общаюсь с] Кокориным, Кузяевым — с Далером у нас рядом шкафчики в раздевалке, мы часто болтаем, — Смольниковым, Жирковым. У нас отличная атмосфера, и мы стараемся находить общие темы, хоть и не всегда понимаем язык друг друга.

О главной особенности чемпионата России

— [В Премьер-лиге] высокая конкуренция среди главных команд страны. Есть множество сильных клубов, которые украшают российскую лигу, — те же ЦСКА и «Спартак», которые выступали в Лиге чемпионов, а теперь ведут борьбу в Лиге Европы. Мы немного отстали от лидера, «Локомотива», но впереди 10 матчей, и мы отдадим все силы, чтобы закончить чемпионат на первом месте.

О чемпионате мира

— Впереди три-четыре месяца, необходимо выкладываться на полную в каждом матче за «Зенит», потому что я знаю — тренерский штаб внимательно смотрит за всеми нами, и, если ты будешь показывать классную игру, окажешься в заявке. Осенью я впервые за долгое время вновь был вызван в сборную, и мне бы хотелось сделать это хорошей постоянной традицией. Жаль, что Аргентина будет жить не в Санкт-Петербурге — у «Зенита» потрясающая база, где есть все, что нужно для комфортного размещения.