Олег Дмитриев: «Однажды пришлось тушить тюрьму»

Капитан «Зенита» 90-х Олег Дмитриев сейчас работает пожарным, но очень хочет вернуться в футбол. В интервью «Нашему „Зениту“» он признался, почему не реализовал свой игровой потенциал, вспомнил непростые отношения с Анатолием Бышовцем и рассказал о том, как освоил новую для себя профессию.

— Как ваши дела, чем сейчас занимаетесь?
— Работаю в пожарной части № 58 на должности старшего пожарного, а параллельно учусь на четвертом курсе в Университете имени Лесгафта на заочном отделении.

— Как получилось, что вы стали пожарным?
— Случайно. Когда закончил карьеру игрока, образования не было никакого, а без него куда-либо устроиться оказалось непросто. Даже детским тренером. В принципе, на эту работу как раз звали, но зарплату предлагали совсем не ту, которой можно прокормить семью. В итоге был и охранником, и даже грузчиком. Однажды жена посоветовала обратиться к другу, который работал начальником пожарной части. Пришел к нему да так и остался. С того момента прошло уже четыре года.

— Как вам работается пожарным?
— Уже привык, но поначалу было непросто.

— Сколько на вашем счету боевых выездов?
— Ну, этого уже не сосчитаешь. Случаи всякие были. Однажды даже тюрьму тушили — в Обухово.

— Спасать людей приходилось?
— Конечно. Но бывало и такое, что не успевали. Впрочем, это такие ситуации, когда уже никто бы не успел. Люди просто задыхались. В основном такие истории происходят по пьяному делу. Самые же тяжелые пожары — это когда горят какие-нибудь склады. Тогда туда по пять-шесть частей стягивается. У каждого стоит своя задача. Сейчас, кстати, для нас одно из самых жарких времен года. На улице холодно, люди включают печки, загорается проводка и так далее.

— Не страшно было поначалу?
— Скорее необычно. Плюс немного терялся: что, куда? А ориентироваться и действовать надо быстро. Но коллеги очень много подсказывали.

— Говорят, что пожарные очень дружные ребята, одна большая семья.
— Это точно. Один за всех, и все за одного.

— Товарищи по боевому расчету знают, что служат вместе с капитаном «Зенита» 90-х?
— Конечно, это с первого дня стало известно. Я не афишировал, но кто-то узнал, и понеслось. У нас ведь в части очень много болельщиков «Зенита».

— И какой была реакция?
— Попросили создать свою футбольную команду. В прошлом году были четвертыми, а в этом стали чемпионами города среди пожарных.

— Учиться вы пошли сразу после окончания игровой карьеры?
— Да. Если быть более точным — пришел восстанавливаться. Ведь я и раньше там учился и, если не ошибаюсь, в 1993 году был на третьем курсе. Но в то время должного значения учебе не придавал и в итоге ее, по сути, забросил. Пришлось начинать сначала.

— Планируете вернуться в футбол после получения диплома тренера?
— Конечно, мне этого хочется. К работе пожарного я уже привык, но футбола не хватает. Столько лет отдать любимой игре, а потом просто так взять и забыть? Это неправильно.

— В свое время карьеру по каким причинам завершили?
— Было видно, что молодые ребята сильнее. Решил себя не мучить.

— Есть ощущение, что реализовали себя не на все сто?
— Есть, но винить в этом могу только самого себя. Были моменты, когда все давалось легко. Вот расслабуха на каком-то этапе и наступила. Друзей много появилось — ну, знаете, как это бывает. А потом будто что-то надломилось, и подняться до прежнего уровня оказалось сложно. Хоть и взялся за ум, время уже прошло.

— Слабинку когда себе дали?
— Наверное, году в 1998–1999-м. Там, правда, еще истории с Бышовцем были. До сих пор помню его слова о том, что мне надо в «Спартаке» играть. Видел он во мне что-то спартаковское. Ха-ха.

— Однажды Бышовец заподозрил вас в том, будто накануне игры с красно-белыми вы на базе в Удельной брали от них взятку.
— Я встречался с друзьями у ворот базы — билеты им отдавал на футбол. А тренер подумал, что я встречался с представителями «Спартака», — так всё мне по этому поводу и высказал. Для меня это был шок.

— В «Рубин» из «Зенита» уехали из-за Бышовца?
— При нем я почти год просидел на скамейке. Раза три минут на десять вышел — не больше. Но Бышовец ушел в сборную, а «Зенит» возглавил Давыдов. Помню, мы вышли из отпуска, он меня вызвал и по-человечески сказал: «Олег, ты почти год без игровой практики, нет гарантии, что не потеряешь еще один год». И предложил: «Давай подыщем тебе клуб, где бы ты постоянно выходил на поле, а потом без проблем вернешься». Я согласился. Очень уважаю Анатолия Викторовича в том числе за тот честный разговор. Тем более что он, как и обещал, помогал мне устроиться. Свел даже с человеком, который предлагал отправиться в Тунис. Я дал предварительное согласие, но тут позвонил Садырин и пригласил в «Рубин». Тунис сразу отпал, потому что к Садырину я бы поехал в любое место.

— Какой год в карьере был самым счастливым?
— Наверное, когда мы с Павлом Федоровичем вернули «Зенит» в высшую лигу.

— Как вам нынешний «Зенит»?
— Клуб вышел сейчас на совершенно иной уровень, и результата мы ждали другого. Но думаю, за зиму ситуация нормализовалась и все будет хорошо.