Игорь Симутенков: «Америка — это другая реальность»

Томский конь, клубные походы в фастфуд и волшебники из Канзаса — в интервью официальному сайту «Зенита» тренер сине-бело-голубых Игорь Симутенков вспомнил о том, как играл в США, и рассказал, как сейчас работает в России.

— Игорь, вы были самым первым русским футболистом, игравшим в американской лиге МЛС. Каково это — быть первооткрывателем?
— Я не уверен, что был первым. Возможно, был кто-нибудь еще раньше меня. Вся история моего появления в Америке, история возникновения такого варианта началась, когда я играл в Испании, в Тенерифе. В последний год до переезда в Америку я практически не выходил на поле из-за травмы. Не было игровой практики — потерял место в составе, но играть мне хотелось. Уже в декабре у меня был практически завершенный вариант перехода в «Колорадо», но в последний момент, в январе, две команды в МЛС обанкротились, и их игроки были перераспределены в другие клубы на драфте. «Колорадо» взял двух игроков из каждой команды, а для меня не осталось места. Потом, в мае, мы вернулись к разговорам, но на этот раз с «Канзас-Сити». Я с удовольствием согласился, потому что мне было интересно играть за океаном.

— До того вы в Канзасе не бывали? Все-таки это совершенно особенное место, совсем не Европа.
— Нет, и я прекрасно понимал, что это будет другая реальность, но все-таки хотелось попробовать. Я искал не то чтобы приключения, скорее просто новый вызов для самого себя. Состоялся небольшой разговор с тренером, и именно он проявил заинтересованность в том, чтобы я играл у него. Он видел меня до этого, а я хотел играть в футбол, так что наши интересы сошлись и мне сделали предложение.

— И как вам Канзас? Не самый людный штат, прерии кругом — совсем не Италия, Испания или Москва. Шок не испытали?
— Да нет, в шоке я не был. Понятно, что Америка вообще другая страна, не похожая ни на что. Тяжело определить, что такое американская мода, американская пища. Почему тяжело? Потому что там все намешано, там разнообразие сумасшедшее. Стиль жизни в Канзас-Сити, понятное дело, не такой, как в Нью-Йорке, Чикаго или Сан-Франциско. Канзас-Сити — более промышленный город, растянутый и разбросанный на районы, прилегающие к городу.

— Совсем не тот штат, который показывают в фильмах.
— Да, но я не был сильно удивлен. Там спокойный, размеренный образ жизни, а меня интересовала именно работа.

— Работа профессионального футболиста в Америке отличается от работы в Европе?
— Ну, скажем, в Америке меньше психологического влияния. Там нет такого ажиотажа со стороны прессы, телевидения и болельщиков, все более спокойно. Например, в 9 утра ты приезжаешь на стадион, готовишься к тренировке, в 10.00 или в 10.30 начинаются занятия. Полтора часа продолжается работа, потом у тебя физиотерапия или массажи, а потом уже в час или в два часа дня ты свободен и предоставлен самому себе. В Америке точно есть своя специфика. Еще меня поразило, что, когда команда едет на выезд, каждый игрок предоставлен вечером самому себе. Ты волен идти куда хочешь. Ты выбираешь, куда идти ужинать. То есть ты получаешь деньги на ужин, и далее дело за тобой. Молодые люди всегда ходили в «Макдоналдс» и старались меньше тратить, чтобы оставить деньги на будущее. А испаноговорящие игроки, колумбийцы, мексиканцы, аргентинцы, чаще отправлялись в бразильский ресторан, чтобы поесть мяса. Еще специфика в том, что в МЛС все очень хорошо организовано в плане перелетов, транспорта и инфраструктуры.

— Вы играли в команде Kansas City Wizards («волшебники из Канзас-Сити». — Прим. ред.). Вам это название смешным не казалось?
— Нет, для меня нет, потому что я уже знал, что в Америке так принято — команда носит название какой-нибудь местной достопримечательности или просто называется как-нибудь забавно. К примеру, те же Colorado Rapids («скоростные колорадцы». — Прим. ред.) в МЛС. То же самое в Штатах и в хоккее, и в баскетболе.

— Как будто в Америке спорт — это не более чем развлечение. У команд есть талисманы, выбегающие на поле перед игрой, шоу вокруг матча. На «Петровском» ничего такого пока не делают.
— Да, на «Петровском» такого нет. Хотя, скажем, в Томске есть свой маскот — конь. Но с другой стороны, в Америке есть своя культура, есть свои традиции. Я не вижу ничего плохого, когда люди и дети приходят на стадион и видят этого переодетого в символ клуба человека. У нас был маскот «Динамо», такой дракончик, который ходил по стадиону. Так для детей это был праздник увидеть его! Смотреть, как он проходит и какие-то майки разбрасывает им. Да и для взрослых, думаю, тоже приятно. То есть американцы умеют из спортивного соревнования сделать представление, спектакль. И это привлекает и детей, и семьи.

— Вы играли в Канзасе с известнейшим сербским футболистом Преки. Он считается футбольным героем для американцев.
— Да, но, когда я приехал, Преки уже был на закате карьеры. Он потерял в скорости, но его футбольный интеллект, исполнение передач, голевое чутье — все это было на прежнем уровне. Понятно, что это легендарная личность, это однозначно. Я отыграл два с половиной года в Канзасе, и на протяжении всего этого времени мы работали вместе, в атаке. Он был мастером контратак, многому меня учил. К тому же он прекрасный человек с прекрасной семьей. Помню, что у него есть сын и дочь, и, когда они отмечали дни рождения у себя дома, вся команда приходила к нему в гости. Такие традиции у него были — настоящий лидер команды.

— На тренировках «Зенита» говорите в основном вы, а не синьор Спаллетти или кто-то еще. Делаете это как переводчик или сами назначаете упражнения?
— Нет, это просто перевод. У нас тренер только один. Именно он руководит всем тренировочным процессом. Я лишь даю его инструкции на русском. Бывает, что какой-нибудь игрок заканчивает тренировку позже других, и я могу с ним остаться, чтобы работать индивидуально, но это не заменяет видение главного тренера.

— Недавно в «Зенит» пришел итальянец Доменико Кришито. Вы, как италоговорящий тренер, наверняка очень много значите для него. Взяли ли его под свое крыло? Все-таки он впервые уехал с Апеннин.
— Я не думаю, что Миммо нуждается в опеке с моей стороны. У нас все игроки равны, мы не делаем преференций для кого-то из них. Игроки сами заботятся друг о друге в команде, и у Миммо уже установились отличные отношения со всеми ребятами, поэтому я не нужен ему так уж сильно. Итальянский у него родной, так что он прекрасно понимает, что от него хочет тренер.