Игорь Симутенков: «Очарование этого города я почувствовал еще в детстве»

Наша беседа в рамках традиционной рубрики «НЗ» с ассистентом Лучано Спаллетти Игорем Симутенковым не могла не начаться с его любимой рыбалки. А продолжилась — обсуждением самых разных вопросов. Причем совсем уйти от футбольной тематики, как подразумевает формат рубрики, нам все же не удалось.

О рыбалке

— Если не считать семьи и футбола, то ваш главный приоритет, как я понимаю, это рыбалка. Откуда пришла эта страсть?
— Знаете, все как-то само собой получилось. В детстве я проводил лето в деревне под Звенигородом. Мы постоянно ходили с пацанами купаться, вот там я и начал увлекаться рыбной ловлей. Лет пять шесть мне тогда было.

— О, так вы рыбак со стажем: смело можно тридцатилетний профессиональный юбилей отмечать!
— Нет, не профессиональный, а любительский. Рыбалка для меня — это не спорт, а отдых.

— «Особенности национальной рыбалки» — с водочкой, динамитом и прочими радостями жизни — это тоже отдых...
— Для кого-то — да, но не для меня. Я смотрю, что вы впечатлительны: комедий насмотрелись... А вообще-то я по-настоящему не рыбачил уже давно — года с 2005-го. И дело было в Казани.

— А на базе в Удельной не пробовали порыбачить?
— Нет, все руки до этого не доходят. Хотя место у нас «зарыблено».

— Что это значит?
— Это значит, что мальков в свое время в воду выпустили, так что рыба-то есть. Ну а пруд на нашей базе замечательный, всегда приятно посидеть и подышать воздухом.

— А вот интересно — какой у вас личный рекорд по части выловленной рыбы? Понимаю, что рыбаку трудно удержаться в достоверных рамках, но попробуйте все же назвать какую-нибудь более или менее правдоподобную цифру.
— Вы имеете в виду вес одной рыбы? Или количество улова за один раз?

— Нет-нет, вес одной рыбы.
— Думаю, что килограмма три.

— Сколько?! Три?! Или тридцать? Я знал, что вы скромный человек по жизни, но услышать от рыбака про три килограмма...
— Что есть, то есть. А если брать количество выловленной за один раз рыбы, то однажды на Каме ее действительно было очень много. Но статистикой улова я тогда не занимался.

— Вы ведь, помнится, и в Италии активно рыбачили, если не ошибаюсь?
— Не ошибаетесь. Когда я играл за «Реджану», то у меня был товарищ-итальянец, который приглашал меня километров за тридцать от города Реджо-Эмилия. В Италии платная рыбалка на озерах, и мы там ловили форель. Чудные места в тех краях!

— Да в Италии вообще много чудных мест! Не скучаете по стране, где провели немало лет?
— Конечно, от Италии у меня осталось очень много приятных воспоминаний, но родина-то моя здесь. Так что зачем скучать?

О Санкт-Петербурге

— Вы — москвич, а живете и работаете сейчас в Санкт-Петербурге. Признайтесь: вам здесь комфортно?
— Конечно! И мне, и моей семье. А почему вы спрашиваете?

— Ну, вроде как принято считать, что москвичи не всегда с симпатией относятся к Петербургу. А иногда — так и вовсе с антипатией.
— Не знаю, что там принято считать, а я приезжал в Ленинград еще тогда, когда учился в ФШМ. Мы тогда на базе «Смены» тренировались и играли. А потом я в 17 лет на турнир имени Гранаткина приехал со сборной СССР. Город — тогдашний Ленинград — мне всегда нравился. И сегодня Санкт-Петербург нравится. У него есть свое очарование. Как у итальянской Венеции, голландского Амстердама, французского Парижа. Ну а живем мы здесь с семьей на Петроградке.

— Как насчет белых ночей: впечатляет? Спать не мешают?
— Если шторы плотно закрыть, то нет. Белые ночи — это очень красиво, не спорю, но я же сюда не туристом приехал. Так что белыми и другими ночами я все-таки сплю.

— Что вам не нравится в Санкт- Петербурге?
— Зимой удручает ситуация со снегом. Ну и с сосульками, разумеется. Никак не могу привыкнуть к тому, что надо постоянно обходить какие-то дикие сугробы и уворачиваться от сосулек. Я согласен с тем, что снег с крыш надо сбрасывать, но ведь его еще надо и убирать потом со двора! А то получается, что ходишь зигзагами, иногда и вовсе прыгаешь на одной ноге, да еще головой надо постоянно вертеть, чтобы с крыши ничего не прилетело. Ладно я, человек спортивный и тренированный, как-нибудь выкручусь, а старики, дети?!

— Чувствуется, что вы именно на Петроградской стороне проживаете... А как насчет разницы в менталитете между Москвой и Петербургом? Как быть, в частности, с разницей в речи?
— Что за разница в речи?

— Ну, например, жители Москвы живут в подъездах, а жители Петербурга — в парадных.
— А что здесь такого? У каждого города свои особенности.

— А на поребрик часто заезжаете?
— Куда-куда, простите?

— Поребрик — это то, что в Москве называют бордюром.
— Не знал. Спасибо, что просветили. Теперь буду внимательнее.

— В булочной не путаетесь, когда надо выбрать хлеб, а когда — булку?
— Так проще же пальцем показать, как иностранцы делают. Показал, оплатил и пошел!

О Гаттузо и о друзьях

— Понятно, что со смекалкой у спортсмена Симутенкова все в порядке. А как с дисциплиной в бытность игроком дела обстояли?
— В каком смысле?

— В смысле нарушения режима. «Кто не пьет — тот не играет» — был одно время в ходу такой лозунг в советском футболе, нет?
— Может, у кого-то и был, а у меня — нет. Не буду лукавить и говорить, что никогда не позволял себе лишнего. Бывало такое по молодости, но никогда не выходил за рамки приличия. А вообще в футбольном мире все, как и в обычном: есть люди, которые держат себя в руках, а есть те, кто губит, к сожалению, свой талант пагубными привычками.

— Вы работали одно время главным тренером юношеской сборной России. Смогли для себя уяснить, почему талантливые ребята, которые могут быть настоящими звездами в детском и юношеском футболе, затем исчезают куда-то на подходе ко взрослому футболу? Взять хотя бы сборную вашего старого товарища Игоря Колыванова, которая выиграла чемпионат Европы в своем возрасте. Ведь практически никто из тех ребят не стал в итоге серьезным игроком российской премьер-лиги...
— Признаюсь, нередко задумывался над этой темой. Причем еще тогда, когда сам играл в футбол. Были рядом со мной в моем детстве вроде бы такие ребята, что дух захватывало от их игры, а потом они как-то потерялись. Или, наоборот, видишь рядом с собой корявенького и вроде бы совсем не владеющего техникой парня и думаешь: ну куда тебе, зачем тебе в футбол? А потом этот парень берет и вырастает в крепкого футболиста высшего дивизиона. Характер, наверное, многое определяет. Одного таланта точно недостаточно. Да это не только у нас. Возьмите того же знаменитого Рино Гаттузо из «Милана». Никто, наверное, не скажет, что это талантливый игрок, да и сам он не стесняется признавать себя черно-рабочим. Однако боевой характер и целеустремленность позволили Гаттузо стать настоящей звездой европейского футбола, чемпионом мира. Он выиграл все клубные титулы мира, какие есть. Значит, была у человека цель и он к ней шел через пот и кровь. Наверное, так и можно стать большим футболистом. Да и вообще профессионалом в любом деле.

— А друзья в этом жестком футбольном мире у вас есть?
— Друзей вообще в жизни много не бывает. И у меня есть два старых друга — с самого детства. А в футбольном мире у меня много хороших товарищей, с которыми я с удовольствием поддерживаю отношения.

— Вы поиграли и пожили в России, Италии, Испании, США. Футбол дал вам возможность не только обрести хороших товарищей, но и повидать и познать разные страны и города. Какой город вам ближе всего?
— Москва. Это мой родной город. Где бы я ни был, ни играл и ни работал, а моя Родина — это Москва. И никуда от этого не уйти. Да и не надо уходить, а надо помнить и уважать свои корни.

— А вы хотели бы побыстрее вернуться в Москву?
— Вы не очень корректно ставите вопрос. Что значит «побыстрее вернуться в Москву»? Я там бываю довольно регулярно. Но моя работа и моя семья сегодня в Санкт-Петербурге, значит, мой дом сегодня здесь. И мысли мои связаны сегодня с Санкт-Петербургом и с «Зенитом».

— Понятно. А что ждет Игоря Витальевича Симутенкова завтра?
— Завтра у нас в «Зените» — выходной. А вот послезавтра мы вновь приступим к тренировкам, пусть и без целого ряда игроков, которые вызваны в разные сборные. Такой ответ вас устроит? — Вполне!