Владимир Быстров: «Как же я соскучился по игре!»

Полузащитника сборной России и «Зенита» не назовешь любителем давать интервью. Но так печально случилось, что в разгар сезона Владимир после четырехнедельного хождения на костылях вынужден проводить время в реабилитационном центре под Мюнхеном. Рядом ни родных, ни друзей, а значит, масса незанятого времени…

«Только о здоровье ни слова, – предупредил Быстров, – а так давай, пообщаемся, так сказать, разнообразим досуг…»

СПИСОК С УПРАЖНЕНИЯМИ

– Как настроение?
– Рабочее. Правда, уже слегка поднадоело здесь. Домой тянет. Ведь тренажеры, заморозки и остальное у нас тоже есть. Только надо перенять немецкий после-операционный опыт. Как ни крути, а дома веселее. Хорошо еще, что, кроме меня, тут ребята из Белоруссии, Украины и Узбекистана занимаются.

– Как проходит ваш день?
– Будильник завожу на девять утра. Если просыпаюсь раньше, иду в реабилитационный центр раньше. Перед этим завтракаю шоколадкой с чаем. В центре занимаюсь часов до пяти-шести вечера. Нам дают список с упражнениями, которые нужно выполнить. Стабилизация, накачка мышцы, которая атрофировалась после операции, бег в воде и так далее. И так день за днем.

– Утомляет?
– Нудно. С другой стороны, понимаю, что это нужно в первую очередь мне. Заставляю себя работать.

– А что вечером?
– После тренировки времени не много. Принять душ, поужинать да с семьей по Скайпу пообщаться. Еще брожу по Интернету, читаю новости. Вот только связь у нас тут скверная. Хотя кубковую игру «Зенит» – ЦСКА смотрел в прямой трансляции. Когда в Германии были выходные, мы занимались по полдня. Было время хоть куда-то выбраться. Съездили прогуляться по Мюнхену, потом сходили на бейсбол. Здесь неподалеку бейсбольный стадион.

– И как впечатления?
– Cамые шикарные! Честно! Тем более я люблю этот вид спорта, постоянно слежу за MLB (Главная лига бейсбола – аналог хоккейной NHL. – Прим. ред.). Симпатизирую «Янки», «Милуоки»…

– Вы и за заокеанскими трансляциями следите?
– В начале сезона они играют в восемь-девять вечера – эти игры, как правило, смотрю. А когда начинают в три ночи, приходится изучать на следующий день обзоры.

С ДЗЮДО НЕ СРОСЛОСЬ

– Во время восстановления игроки часто выглядят угнетенными, но это явно не ваш случай. Уже прошло?
– Честно говоря, подобного состояния и не было. Тупо валяться весь день на диване – не по мне. И потом, вы заметили, делать здесь особо нечего, кроме как работать.

– Германия, пожалуй, тем и хороша, что соблазнов меньше.
– Кому приспичит, тот везде отыщет соблазны. Просто кому-то это интересно, а я сюда приехал восстанавливаться. Хочется как можно скорее выйти на поле, играть…

– Наверное, в компьютерный футбол играете?
– Предпочитаю хоккей, баскетбол… Игры, в которые хочется поиграть вживую, но по разным причинам не получается. В детстве во все ведь играли – и в баскет, и в волейбол. Видимо, когда в жизни чего-то недостает, компенсируешь с помощью компьютерной приставки.

– В детстве не стоял выбор между футболом и чем-то еще?
– Чем только не занимался! Прежде чем пойти на футбол, я был даже записан в кружок дзюдо. Но меня не впечатлило. Или я не впечатлил (смеется). Покувыркался на матах – и все, бросил это дело.

– А сейчас во что-нибудь играете? Может, в теннис или в гольф на сборах?
– Да времени на это особо нет. Мне очень нравится пейнтбол. Когда был в «Спартаке», частенько собирались с ребятами в Подмосковье. Играли так: попадет снаряд, выбываешь из игры. И неважно, куда попала пуля – в грудь, ногу или руку. Войцех Ковалевски для точности расстреливал сразу патронов десять. Чтобы наверняка. Сабит (Ренат Сабитов. – Прим. ред.) выделялся скоростной работой. Прикольно проводили время!

– Когда пули попадают, больно?
– Естественно! Хотя некоторые совсем не ощущают боли.

БЫСТРИК 34 И МАФИЯ

– Вы, судя по всему, к стрелялкам неравнодушны. И на компьютере в Counter Strike режетесь. Кстати, все еще под ником Bistrik23?
– В контру играю, но уже под другим псевдонимом – Быстрик34. Правда, рублюсь теперь не так часто, как в «Спартаке». От силы раза два в неделю часик «постреляю», и хватит. В Питере у нас в команде другие занятия.

– Например?
– В последнее время играем в мафию. Мы играем на очки, ведется даже специальный рейтинг. Пока я в Германии, ребята повышают рейтинг. Наверное, стоит потребовать дополнительные баллы в знак компенсации за отсутствие, а то потом ведь не догоню никого!

– Ваша любимая роль в игре?
– Люблю быть опером. Но нравятся и другие роли вроде маньяка, который играет сам за себя. У нас большая компания, человек двенадцать, и ролей много – кроме мафии, простых жителей, есть оборотни, превращающие в мафию, генералы, доктор и даже журналист. Как же без вас?

– А карты у вас актуальны?
– Если только на сборах. Можем рубануться в бридж, но на всякую ерунду времени не так много. Все-таки большую часть проводим с семьями.

– Родители до сих пор живут в Луге в подаренной вами трешке, о которой вы рассказывали «ССФ» три года назад?
– Там же. Только теперь к нам в гости приезжают гораздо чаще, занимаются с нашими девочками – Дашей и Владой. Вообще родители очень помогают в быту.

– А вы выбираетесь в родную Лугу?
– Да не так чтобы очень. Раньше ездил, с одноклассниками встречался, но в последнее время никого не собрать. Как обычно, у всех работа, быт. Лишь в Интернете спрашиваем друг у друга про дела, делимся новостями…

– А мячик собираетесь погонять с нефутбольными друзьями?
– Каждый год в феврале во время отпуска собираемся с выпускниками «Смены». Кто-то, как я и Гарик (Игорь Денисов. – Прим. ред.), еще играет, кто-то занимается чем-то другим…

– Вас наверняка жалеют и не бьют по ногам сильно?
– Какой там! У нас идет такая заруба! Проигравшие встают в ворота и от победителей получают «пробивоны» по мягкому месту. В прошлом году мы проиграли, получили свое. Все очень серьезно. А после игры собираемся обычно в баре. Общаемся, вспоминаем какие-нибудь шальные истории.

«МОЙ ДОМ – ПИТЕР»

– А как дела у младшего брата? Вы как-то рассказывали, что у него были проблемы с наркотиками…
– Виталик проявил силу воли. После службы в ВДВ он пересмотрел свое отношение к некоторым вещам. Сейчас живет в Санкт-Петербурге. Работает, помогает мне решать какие-то вопросы.

– По окончании карьеры не думаете вернуться в Лугу?
– А я уже вернулся. В Питер, который считаю своим городом. Для себя родным. Здесь все такое любимое, близкое… Никуда отсюда уезжать не буду.

– А любимые места в городе есть?
- Много – все зависит от настроя, компании…

– В «Эрмитаже» были?
– Был. В детстве приезжали раза два-три с классом, когда еще в Луге жил. Было интересно, но в четвертый раз туда не тянет.

– Вас нельзя назвать человеком искусства?
– Почему же? Выбираемся со знакомыми и с семьей в театр, в кино… Очень люблю посещать кинотеатры. А как солнышко выглянет, чаще будем ездить на природу – шашлык, купание, рыбалка…

– Вы не выглядите человеком, который стремится за рубеж. Я прав?
– А чего сюда рваться? Например, чтобы рыбачить в Германии, нужны какие-то специальные права. Для шага влево-вправо тоже необходимо разрешение. Сюда не плюй, туда не смотри, это не говори… Нет, это не по мне! У нас лучше, все проще. К тому же мне важно присутствие друзей, а в Европе их не будет. Поэтому мне сложно представить себя в другой стране. Да и дети растут, которые должны ходить в садик в родном городе.

– А как же стабильность, спокойствие? Вы ведь не станете отрицать, что с этим здесь лучше?
– Согласен, но это больше привлекает спокойных людей, которых устраивает тихая жизнь. А мне нужно движение!

– Однако никто из наших игроков, выступающих в Европе, не рвется домой. Получается, их все устраивает?
– Это их дело, не могу же я залезть к ним в душу. Конечно, в Европе уровень чемпионатов в организационном плане гораздо выше. Инфраструктура, посещаемость… Но у нас в Питере, например, трибуны тоже всегда заполнены. В других городах много народу приходит на «Зенит», поэтому вниманием мы точно не обделены. Уезжать только ради лучшей инфраструктуры? Не вижу смысла.

Кто бы что ни говорил, и у нас кое-что меняется в лучшую сторону…
– В Луге вот газон постелили.– Ездил посмотреть – вроде нормальный. Правда, прожектора установлены не по уму. Дай бог, увидеть кого-то на поле в пяти метрах от тебя. Но раз нет другого, надо играть в предложенных условиях. Нам бы такое поле, когда я был мальчишкой, что-нибудь обязательно придумали бы! Прикрутили бы фонари на голове и бегали (заразительно смеется). Нормально! В Германии с этим, конечно, лучше. Даже в этой глухой деревне, где после шести ничего не работает, столько классных полей. А в России в некоторых деревнях не представляют, что такое футбол.

– Это как?
– Заедешь в глубинку – там ни телеканалов, ни Интернета, ни полей, ни дорог… На рыбалку только на джипе можно добраться. Я и по городу езжу на джипе.

– В «Спартаке» у вас была служебная «Ауди», а в «Зените» машину не дают?
– В процессе. Скоро тоже получу «Ауди».

ДИАЛОГ С ФАНАТАМИ

– Не могу не спросить про ваше нашумевшее возвращение в «Зенит». Родители сильно переживали после того приема, который вам устроили фанаты «Зенита» в самом начале?
– Ситуация была тяжелой, старался ни с кем ее не обсуждать. Вообще в тот момент я немного от всех отстранился. Старался держать все в себе, не подавать вида.

– А родители? Они всегда больше нас переживают, если что-то не так…
– Конечно, но тогда я не разрешал им затрагивать эту тему. Говорил им, что все хорошо. К счастью, сейчас все потихоньку успокаивается.

– Парадоксальная ситуация. Несмотря на чрезмерный негатив со стороны фанатов, вы демонстрировали фантастические результаты, отличившись в шести матчах кряду. Может, вы такой человек, которому для заряда необходим негатив со стороны?
– Негативный настрой трибун точно не заряжал. Для меня было главным доказать этим людям, что я пришел сюда не отбывать номер, а биться за команду и быть с ней. Опусти я тогда руки, сделал бы только хуже себе и своим друзьям, которые повлияли на мое возвращение. Подводить друзей не в моих правилах. В те минуты я ощутил реальную помощь со стороны всей команды, даже иностранцев. Тот же Крижанац постоянно поддерживал! Только с их помощью удавалось находить энергию и забивать голы. До сих пор благодарен ребятам! Возможно, та ситуация нас еще больше сплотила, и это пошло команде на пользу.

– Тяжело было сконцентрироваться на игре, когда стадион чуть ли не хором скандирует всякие гадости в твой адрес…
– Конечно, тяжело. Но что делать? То, что я испытывал в тот период, непередаваемо. Это невозможно описать или показать…

– Можно ли извлечь из той истории какой-то урок?
– Раньше между футболистами и фанатскими группировками не было диалога, поэтому на многие вещи у нас были разные взгляды. Когда общаешься с фанатами, осознаешь, что они видят ситуацию совсем не так, как игроки… Для них немыслимо, когда игрок переходит к непримиримому сопернику. Но ведь они не знают всех тонкостей. Если бы было больше общения, возможно, у фанатов было бы больше понимания, а игроки сто раз задумались бы, прежде чем пойти на какие-то перемены. Урок в том, что, начиная с дубля, необходимо встречаться с фанатами, общаться… Только так можно предотвратить повторение моей истории.

– Признайтесь, вы могли представить, что фанаты примут вас именно так?
– Такой реакции не мог ожидать никто.

– У вас был телохранитель?
– Да, первое время клуб предоставил человека, который следил, чтобы не было эксцессов, возил меня по городу… Тем не менее я не чувствовал себя в безопасности.

– А сегодня?
– В нашей стране это в принципе невозможно. Но, конечно, сейчас гораздо спокойнее.

– На игре «Зенита» против ЦСКА группа фанатов вывесила баннер «Спасибо, Одил» (1 марта в кубковой игре против «Анжи» в столкновении с Одилом Ахмедовым Быстров получил травму. – Прим. ред.). Было обидно?
– Ну вывесили и вывесили. Это их проблемы. Чего тут обсуждать? Разумеется, до сих пор есть люди, которые не успокоились. Со всеми же не встретишься. У каждого есть своя точка зрения, которую кто-то считает нужным высказать.

– На Ахмедова зла не держите?
– Нет, там был игровой эпизод. Просто не повезло, что это случилось на «синтетике». На естественном поле, вполне вероятно, удалось бы избежать травмы. Но, как у нас говорят, чему быть, того не миновать.

«ПОСЛЕ НЕКОТОРЫХ ТРАНСЛЯЦИЙ ХОЧЕТСЯ ПЛЕВАТЬСЯ»

– Вы поработали с различными тренерами. Есть ли различия между нашими специалистами и иностранцами?
– Большинство наших тренеров испытывают неуверенность по поводу своего будущего, они боятся лишиться работы, и после поражений часто ощущаются какая-то нервозность, паника. У иностранцев этого нет. Они спокойно работают, не обращая внимания на нюансы. Они уверены в своей философии, в том, что идут по правильному пути. Их уверенность передается футболистам, закаляет дух победителя. Иностранцы уделяют больше внимания атмосфере в коллективе…

В плане тренировочного процесса нет большой разницы – каждый специалист индивидуален, от любого можно почерпнуть для себя полезное. Но именно в уверенности наши во многом проигрывают. – Можете ли назвать полуфинал на Евро-2008 самым счастливым моментом в карьере?
– Нет (отвечает мгновенно). Самым счастливым стала победа в Кубке и чемпионате России. Давно хотел добиться этого и был безумно рад, когда наконец получилось. Даст бог, и в этом сезоне будем бороться за чемпионство.

– Что думаете о переходе на европейскую систему?
– Признаться, не совсем понял все тонкости перехода. Пока особой разницы не вижу. Если говорить о перспективе, то это, безусловно, шаг вперед. Но для того, чтобы играть по европейской системе, нужны приемлемые стадионы, поля, нормальные условия для болельщиков. Я был на «Стэмфорд Бридж» – так у них не только трибуны близко к полю, так еще и обогреватель сверху, чтобы болельщики не мерзли. На улице минусовая температура, а на стадионе – плюс пять. В Европе для болельщиков есть все удобства. Думаю, когда у нас наладится инфраструктура, будут быстрее раскрываться и звездные иностранцы. У нас же такие поля, что к ним еще привыкнуть надо! Да и жесткости в чемпионате России больше. Смотрел чемпионат Бразилии, так там сопернику дают даже пожонглировать мячом. Такой плотной игры, как у нас, нет.

– Вопрос как самому быстрому игроку «Зенита», побывавшему на матче чемпионата Англии. Скорости там и вправду в разы выше?
– Смотреть английский чемпионат по телевизору и на стадионе – совершенно разные ощущения. Они как-то хитро и красиво снимают, создавая ощущение, что игроки там и вправду чуть ли не летают по полю. Думаю, что наша афиша «Зенит» – ЦСКА не уступит в скорости их Премьер-лиге. Я не понимаю, у нас клубные руководители вроде бы заинтересованы в развитии футбола, вкладывают средства, время, но после просмотра трансляции из Нальчика, где «Спартак» играл с «Зенитом», я пребывал в шоковом состоянии. Чтобы посмотреть повтор, нужно ждать пять минут. Было непонятно, почему тот или иной игрок уходит с поля – то ли его заменили, то ли дали красную карточку… Мяч в одной стороне, а снимают абсолютно другое. Это несерьезно, и с этим нужно как-то бороться. И поля бы всем постелить нормальные. В «Локо» поменяли траву – и футбол с черкизовского стадиона стал смотреться совершенно иначе. После некоторых трансляций хочется плеваться, ей-богу! Из-за травмы на многое смотрю по-другому. Когда играешь, весь в эмоциях, на многие вещи не обращаешь внимания.

– После стольких лет в футболе остается ли у игроков какой-то фанатизм-романтизм? Или большинство относится к футболу как к работе: пришел, отработал, получил зарплату – и домой.
– Вы не представляете, как я соскучился по игре после двухмесячного перерыва! Мне постоянно снятся футбольные сны, будто бегу куда-то, хотя мне пока этого делать нельзя. Просыпаюсь в поту и думаю: куда же ты побежал?! Хочется уже поскорее работать с мячом, выйти на поле… Пока фанатизм есть, а что будет дальше, не знаю. Но думаю, футбольный фанатизм – это на всю жизнь. Пока держат ноги!

О БОРЩЕ И УЖАСАХ

Когда уговорил Владимира на фотосъемку, по ходу дела провел блиц-интервью.

– Последний просмотренный фильм?
– Ужасы – «Астрал». Шикарный фильм! Смотрел в компании жены Алены в кинотеатре. Мало народу, можно попугать супругу (смеется). Когда смотрю кино, всегда вживаюсь в роль персонажей. Потом заходишь в комнату – кругом тишина, неизвестность… Становится не по себе!

– Что играет в твоем айфоне?
– «Марсель» и «Ради Славы» – наши питерские группы.

– Каким парфюмом пользуешься?
– Разным. В Германию привез с собой «Клиник» и «Men212».

– Какую предпочитаешь марку одежды?
– Абсолютно все равно. Понравилось – надену, не понравилось… тоже надену. Шопинг ненавижу. Когда захожу в магазин, сразу покупаю по пять маек.

– Любимое блюдо?
– Ну и вопрос, их же столько! Борщ, холодец, жареная картошка…

– Любимый алкогольный и безалкогольный напиток?
– Дико нравится кока-кола, но она вредная, поэтому пью только по праздникам. А каждый день пью компот, который готовит супруга. А алкогольный? Сейчас отвечу, скажут потом, что я алкоголик. Скажу так: алкогольные не могут быть любимыми, потому что они вредные. Пока не тренируюсь, могу выпить бокал вина.

– Любимый персонаж?
– Маша и медведь. Это мультик такой. Включу своим девчонкам, потом сам сижу и с интересом смотрю.

– Любимое время года?
– Лето и зима. Мне нравится, что в России такое климатическое разнообразие. Летом – солнышко, зимой – снежок, красота!

– Футбольный кумир детства?
– Много кто нравился, но назову Фигу.