Футбол на линии огня

блокадных матчах 1942 года так много написано, что о них, как о штурме Зимнего, вроде бы все знают. Наслаивались легенды, множились противоречия в воспоминаниях участников. Очистить историю от мифов и пропагандистских штампов удалось лишь в последние годы. Правда о блокадных матчах не нуждается в приукрашивании. Они были доказательством того, что город, задушенный, казалось бы, петлей голода, жив. Что слова «Ленинград не боится смерти, это смерть боится Ленинграда» не были просто лозунгом.
О блокадных матчах 1942 года так много написано, что о них, как о штурме Зимнего, вроде бы все знают. Наслаивались легенды, множились противоречия в воспоминаниях участников. Очистить историю от мифов и пропагандистских штампов удалось лишь в последние годы. Правда о блокадных матчах не нуждается в приукрашивании. Они были доказательством того, что город, задушенный, казалось бы, петлей голода, жив. Что слова «Ленинград не боится смерти, это смерть боится Ленинграда» не были просто лозунгом. После «самой долгой» зимы В блокаду, по официальным данным, умерло 671 635 человек – эти цифры были представлены на Нюрнбергском процессе в 1946 году. Многие историки это число признают заниженным, считая, что Ленинград потерял более миллиона человек. И на первую, «самую долгую» зиму пришлись самые большие потери. Нормы продовольствия с 21 ноября по 25 декабря 1941-го были урезаны до минимума: на рабочие карточки – по 250 граммов хлеба в день, а всем остальным (служащим, иждивенцам, детям) – по 125 граммов. Прекратилась подача электроэнергии в жилые дома. Было отключено отопление, вышли из строя водопровод и канализация. Не работал общественный транспорт. В ноябре – январе каждый день умирало по 6–7 тысяч человек. Но ленинградцы выстояли. Как писал поэт Юрий Воронов: «И пусть взорвавшийся фугас Напомнил снова нам о смерти, – Весна в пути! Она – за нас». Бросить вызов врагу Весной 1942-го продолжались обстрелы и бомбежки, но улучшилась ситуация с продовольствием, возобновилось энергоснабжение, по улицам пошли трамваи. Немецкие самолеты разбрасывали листовки: «Ленинград – город мертвых». Чтобы поднять дух жителей и защитников города, доказать всему миру, что Ленинград не сломлен, решено было провести 31 мая большой физкультурный праздник, его частью и стал футбольный матч. Газета «Ленинградская правда» 2 июня сообщала: «Проводились соревнования по легкой атлетике, показательные выступления мастеров спорта, встретились команды Н-ского завода и «Динамо». Игра прошла в живом энергичном темпе и закончилась со счетом 6:0 в пользу «Динамо»». Организовать матч было непросто. Игроки довоенного “Динамо” Валентин Федоров и Аркадий Алов по поручению Смольного стали разыскивать товарищей. Валентин Федоров и Алов, а также Константин Сазонов и Александр Федоров служили в милиции. С передовой были отозваны бывшие динамовцы Виктор Набутов, Борис Орешкин, Анатолий Викторов, Евгений Улитин. К ним присоединились игравшие до войны в футбол на любительском уровне оперативные сотрудники милиции Виктор Иванов, Михаил Атюшин и Георгий Московцев. «Н-ским заводом» по соображениям военного времени был назван Металлический завод им. Сталина (ныне – ЛМЗ). К этому предприятию до 1941 года был «приписан» «Зенит». Металлический завод не подлежал эвакуации, поэтому сразу после начала войны большинство игроков перевели на ГОМЗ (Государственный оптико-механический завод, ныне – ЛОМО), который был эвакуирован в Казань. Несколько бывших зенитовцев остались в Ленинграде: Александр Зябликов, Анатолий Мишук, Георгий Медведев, Алексей Лебедев, игрок дубля Николай Смирнов. К ним присоединились Иван Куренков и Петр Горбачев – футболисты ленинградского «Спартака», выступавшего в неоконченном чемпионате СССР 1941 года. С поля уходили в обнимку В первом матче у заводской коман¬ды не было голкипера, ворота пришлось защищать защитнику Куренкову. Главное поле стадиона «Динамо» было разбито снарядами, другое – занято под огороды, игра прошла на третьем – том, что расположено слева от главного входа. Зрителями стали раненые, лечившиеся в расположенных по соседству госпиталях, а также свободные от смены рабочие завода «Вулкан». В обкоме перед футболистами ставили задачу: не обозначать игру, не ходить по полю пешком, а показать настоящую борьбу. Желание-то у игроков было, а вот сил не хватало. Играли два тайма по 30 минут и то перед игрой сомневались, сумеют ли продержаться до конца. Многие были истощены, и сам выход на поле дался им с огромным трудом. Так, полузащитник Мишук, только что выписавшийся из госпиталя после дистрофии, вспоминал, что попытка сыграть головой, закончилась тем, что мяч сбил его с ног, а подняться без посторонней помощи не удалось. В первом тайме счет не был открыт, а после перерыва сказалось более высокое мастерство футболистов «Динамо» (почти все они до войны входили в сборную Ленинграда), забивших шесть мячей. С поля игроки уходили в обнимку – так было легче держаться на ногах. Второй матч, прошедший 7 июня, судил известный арбитр 1930–1940-х годов Николай Усов, во время войны работавший инженером на Балтий¬ском заводе. Эта игра неоднократно прерывалась из-за обстрелов. В августе 1942-го «Динамо» отправилось на «большую землю». К участникам матчей 31 мая и 7 июня присоединились Дмитрий Федоров, Евгений Архангельский и Георгий Шорец, отозванные с фронта. Команда провела матчи в Москве с одноклубниками и «Спартаком», а затем совершила турне по стране, сыграв в Горьком, Казани, Омске, Новосибирске, Алма-Ате. В 1991 году у входа в спорткомплекс «Динамо» была установлена мемориальная доска, на которой изображены борющиеся за мяч футболисты, взятые в перекрест орудийного прицела. Мифы о блокадных матчах Миф о 6 мая На протяжении многих лет датой первого блокадного матча считалось 6 мая 1942 года. Этот день упоминался в книге журналиста Александра Кикнадзе «Тот самый длинный тайм», изданной в 1969 году, и затем кочевал из одной публикации в другую. О документальности этой книги красноречиво говорит тот факт, что среди участ¬ников первого матча был назван динамовец Петр Сычев, погибший в 1941 году. Как позднее выяснилось, Кикнадзе опирался лишь на воспоминания нескольких участников, а тех подвела память. Дата 6 мая не подтверждается ни документами, ни свидетельствами большинства остальных футболистов. Ленинградские историки спорта Семен Вайханский и Владимир Фалин доказали: блокадные матчи с участием команды «Динамо» в 1942 году прошли 31 мая и 7 июня. Миф о радиорепортаже В нескольких книгах упоминается, что с блокадных матчей велись прямые радиотрансляции, а в роли комментатора выступал известный тренер Михаил Окунь, участвовавший в футбольных репортажах в 1930-е. Историкам не удалось найти в архиве городского радио подтверждений этому. Конечно, ленинградское радио многократно сообщало о блокадных матчах, но прямых трансляций не вело. Цветы от сборной России 31 мая на стадионе «Динамо» состоятся мероприятия, посвященные 65-й годовщине блокадного матча. В 10.00 начнутся игры с участием детских команд: кадетов, воспитанников спортшкол, в том числе и юных динамовцев, на футболках у которых будут фамилии участников исторического матча. На 15.00 запланировано начало митинга, в котором примут участие ветераны, представители общества «Динамо», гор¬спорткомитета и общественности, а также игроки российской сборной, которой предстоит 2 июня матч на «Петровском» с командой Андорры.


0 комментариев

Для добавления комментария, Вам необходимо авторизоваться