Фернандо Риксен: Я люблю жизнь!

Ждать Риксена после окончания тренировки съемочной бригаде программы "Футбол №1" и автору этих строк пришлось более получаса. Принимать же душ взмыленный Фернандо отправился, когда его партнеры уже начали разъезжаться по домам. Но, когда послышались хлопки лопающегося терпения телевизионщиков, улыбчивый голландец появился в дверях уютного домика, и мы отправились к машине. Оставалось только доехать до студии на Большой Зеленина.
Ждать Риксена после окончания тренировки съемочной бригаде программы "Футбол №1" и автору этих строк пришлось более получаса. Принимать же душ взмыленный Фернандо отправился, когда его партнеры уже начали разъезжаться по домам. Но, когда послышались хлопки лопающегося терпения телевизионщиков, улыбчивый голландец появился в дверях уютного домика, и мы отправились к машине. Оставалось только доехать до студии на Большой Зеленина. – 90 минут тренировки Дика Адвокаата мне вполне достаточно, – усмехается по дороге Фернандо. – Но мне нужно быстрее набирать форму. Кроме того, я работал над ударами по воротам - мне нужно привыкнуть к новым мячам. В "Рейнджерс" они были другой фирмы. Мейер – мой земляк – Вы родились в Хеерлене… – Это небольшой город на юге страны, недалеко от границы с Германией. Рядом находится Аахен. Так что я знаю и немецкий (моментально произносит какую-то загадочную фразу на языке тевтонцев – прим. авт.). – Кстати, вы знаете, что "Зенит" встречался в Кубке УЕФА с командой из Аахена, за которую играл ваш соотечественник Эрик Мейер? – Мейер? Это не просто мой соотечественник. Он тоже родом из Хеерлена, только немного старше меня. Классный форвард. – Передайте при случае "классному форварду", что в декабре 2004-го он оставил нас без 1/16 Кубка УЕФА. – Передам и попробую убедить его, как он был неправ (улыбается). – Как вы оказались в Керкраде? – Керкраде совсем рядом с Хеерленом. Хеерлен, Керкраде, Маастрихт – все очень близко. Я – отличник по географии (улыбается). В принципе, я мог отправиться в интернат "Аякса" или ПСВ, но решил, что лучше быть ближе к дому. – Какие игровые и человеческие качества вы приобрели в Нидерландах? – В первую очередь я сформировался там как футболист, стал дисциплинированным. И еще я научился всегда стремиться к победе и никогда не отступать перед трудностями. Я, скорее, шотландец – Как вы, играя в не самых известных командах, попали на заметку столь солидного клуба, как "Рейнджерс"? – На самом деле моя карьера развивалась по нарастающей. Хеерлен, Керкраде, Ситтард, Алкмаар. К тому же я постоянно выступал за юношескую сборную, и тот же Дик Адвокаат хорошо меня знал. Когда появилось желание играть за границей, возник вариант с Глазго. "Рейнджерс" – великий клуб. Про тренера вообще молчу. – Что больше всего вам запомнилось за шесть шотландских лет? – Наши победы. Мы дважды выигрывали чемпионат страны, побеждали в Кубке Шотландии и Кубке лиги. Запомнилось, как меня называли лучшим игроком страны. Выступая в Шотландии, я получил приглашение в сборную. Да и матчи Лиги чемпионов – нечто незабываемое. – Дерби "Рейнджерс" – "Селтик" – лейбл шотландского футбола. Вам посчастливилось участвовать в этих матчах… – Это больше, чем футбол. Это… Мне не подобрать слов. Это – религия. Спор католиков из одной части Глазго и протестантов – из другой. Это нечто особенное, это пыл, страсть. Такого вы не найдете нигде. Я рад, что принимал участие в этом зрелище. Я сыграл более чем в десяти подобных поединках. Но мои ощущения перед первым матчем ничуть не отличались от тех, которые я испытал, скажем, перед десятым. Хотелось играть снова и снова. – Я читал, что вас любили и уважали фанаты "Рейнджерс" за вашу безумную самоотдачу. Что вы получали монетами в лицо… – Монеты – куда ни шло. Болельщики соперников выбегали на поле, чтобы ударить меня. Они скандировали всякие гадости, плевали в меня – а это унизительнее, чем швыряние монетами. Но для меня все это означало, что я – хороший футболист и что у нас хорошая команда. А наши фанаты действительно меня любили. Я получал от них много теплых писем по электронной почте. Они посвящали мне песни – это было потрясающе. – Были ли у вас предложения от других клубов? – Я мог отправиться в "Эвертон", но не стал ничего менять. Мы выиграли очередной чемпионат и вышли в Лигу чемпионов, я был капитаном команды, был назван лучшим игроком чемпионата... Мне не хотелось уходить от этого. – Вы больше чувствуете себя голландцем или шотландцем? – После шести лет в Глазго я очень привязан к Шотландии… Пожалуй, сейчас я больше шотландец, чем голландец. – С кем вы дружили в "Рейнджерс"? – Я со всеми поддерживал хорошие отношения. Мы были единым целым, к тому же у меня не возникало языковых проблем. Скажем, по-голландски я мог поговорить с соотечественниками – Рональдом де Буром, Артуром Нуманом. Еще бельгиец Буффел нас понимал. На английском общался, например, с Крисом Бойдом. Словом, у нас была очень дружная команда. – Что сказали вам друзья на прощание? – Они отнеслись к моему отъезду с пониманием, поскольку знают, что я всегда хочу играть. А новый тренер не видел мне места на поле. Думаю только о победах – На каких позициях вы можете играть? Риксен берет лист бумаги и рисует на нем поле и различные тактические построения. – При схеме 4-4-2 я правый защитник. При 4-3-3 или 3-5-2 с двумя опорными – правый "бровочник" или один из опорных хавов. Кроме того, могу закрыть и левую бровку. А вообще, лучшее для меня – когда я выхожу на поле и играю. – Вы жесткий игрок? – Да. Лягу костьми, но не пропущу соперника к нашим воротам. Не задумываясь, пойду в подкат. Я играю жестко, но честно. И еще - на поле выхожу с одной мыслью: "Победить". Поэтому порой я бываю агрессивен во время игры и спорю с арбитрами. Но думаю, что смогу приспособиться к новым условиям. Когда российские рефери обслуживали международные матчи с моим участием, проблем не возникало. Начинается запись программы "Футбол №1". Отвечая на вопрос ведущего, что, мол, ваши обаятельность и доброжелательность никак не вяжутся с разговорами о вашем буйном нраве, Фернандо выдает "шутку дня": – Я и недели здесь еще не провел. Надо же произвести на людей хорошее впечатление. Уходя, Риксен услышал от вахтера "До свидания" и ответил ему тем же. Уже на улице он повторил это выражение еще несколько раз: "Даасвидания" (с удвоенным голландским "а" – прим. авт.) – значит "Good-bye" по-русски. Здорово". Я – семейный человек – Кто эта очаровательная женщина на экране вашего мобильника? – Моя жена Грасьела. Я очень ее люблю. К сожалению, в ближайшее время ей придется мотаться между двумя странами, но она собирается жить здесь. Грасьела уже побывала в Петербурге, и ей здесь безумно понравилось. Она тоже собирается изучать русский язык. Думаю, учить его мы будем втроем – вместе с Кором Потом (улыбается). – Есть ли у вас дети? – Да, 15-летний сын, ребенок Грасьелы. Сейчас он учится в школе в Голландии, поэтому пока не может перебраться к нам. Но как только он закончит учебу, обязательно к нам присоединится. – Вы – семейный человек? – Да. Я люблю всех-всех своих родных и близких. – Какие у вас увлечения кроме футбола? – Их много – я люблю жизнь во всех ее проявлениях. Взять, например, кино. У меня нет не то что любимого фильма – любимого жанра. Я просто наслаждаюсь. У моей новой страны свои традиции и культура, и мне интересно постичь их. Поэтому я хочу посетить ваши музеи и театры, чтобы иметь представление о российской культуре. Адвокаат – лучший тренер в моей жизни – Ваши впечатления от новой команды? – "Зенит" – значительный клуб с большими возможностями для роста. Надеюсь, что тоже внесу вклад в его будущие успехи. Тренеры – специалисты высочайшего класса, и я просто восхищен игроками, с которыми буду играть. Со многими уже успел пообщаться на английском, а те, кто не знает его, открыты и доброжелательны ко мне. Супер! – Изменился ли Адвокаат за годы, что вы провели в "Рейнджерс" под началом Маклиша? – После "Рейнджерс" Адвокаат возглавлял две сильные и абсолютно разные национальные сборные, а это гораздо более высокий уровень. И когда я встретил его здесь, то понял, что за это время он еще вырос как тренер. У него появились новые знания: как влиять на игроков, как лучше обучать их футболу. Он стал мудрее и рассудительнее, но при этом сохранил свои лучшие качества. Адвокаат никогда не останавливается на достигнутом и стремится к совершенству, он создает очень хорошую атмосферу в коллективе. Всегда знает, когда и как пошутить, а когда спросить с игрока строго. Не преувеличиваю: Адвокаат – лучший тренер в моей жизни. Не терплю предрассудков По дороге в отель Фернандо изучает посвященный Голландии журнал, находит фото с ныне правящей королевой Беатрикс и, кажется, тает окончательно. Диалог превращается в монолог. Риксен рассуждает искренне и как-то серьезно, словно настраиваясь на тяжелую игру. – Когда появилась возможность поехать в Россию, я не думал ни о медведях, ни о зиме, ни о водке. Что за предрассудки? Я вспоминал, как играл здесь, как забивал "Динамо". ЦСКА, с которым мы тоже играли, – классная команда, и, наверное, у вас сильный чемпионат. Но мы победим их, раз столичные клубы не любят в Питере (характерно опускает руки сверху вниз – прим. авт.). "Зенит" отстает сейчас на 8 очков от первого места. Это всего лишь три победы – по-моему, достать лидеров вполне реально. А погода? Вы думаете, в Голландии и Шотландии не бывает снега и дождей? Я с нетерпением жду холодов – они меня не пугают. – А с русскими девушками у вас Россия не ассоциировалась? – строит фразу на смеси английского с немецким, подкалывая Риксена, водитель. – Нет. Они красивы, но если жена меня увидит с ними, она… купит пушку и застрелит меня (смеясь, изображает пальбу). Тем временем начинается знакомство Фернандо с достопримечательностями города, и общими словами здесь не отделаться. – Saint Paul’s Cathedral, – задумчиво повторяет он с непередаваемым грассирующим "р", пока мы едем мимо Петропавловки. – Наверное, славная у нее история. Кстати, один пожилой журналист говорил мне после пресс-конференции, что у вашего города голландские корни. Начинается Невский. Фернандо и здесь проявляет осведомленность. – Я спускаюсь на главную улицу из отеля вечером. Тогда Невский даже преображается – удивительное зрелище. У Гостиного двора мы сворачиваем с Невского, чтобы вернуться на него же. – Водить здесь так же неудобно, как в Амстердаме или Нью-Йорке, – посмеивается Риксен. – Но город очень красив. Амстердам тоже красивый, но такой маленький! С Петербургом не сравнить. Риксен восхищается Петербургом. Хочется верить, что скоро Петербург будет восхищаться Риксеном.


0 комментариев

Для добавления комментария, Вам необходимо авторизоваться